ГРУППА - ЗЕТА > БОЛЬШЕВИКИ > ЛЕДИ НА БРОНЕПОЕЗДЕ (18+)

ФРАЗА ДНЯ:

С помощью доброго слова можно добиться многого. С помощью доброго слова и пистолета вы можете добиться гораздо большего, чем только одним добрым словом.
Просмотров: 98

ЛЕДИ НА БРОНЕПОЕЗДЕ (18+)

Командир красного бронепоезда Людмила Мокиевская-Зубок

Единственный известный в истории случай, когда женщина командовала бронепоездом. При этом наша героиня была совсем не пролетарского происхождения и отнюдь не коммунистических убеждений!

Начало

Родилась в 1896 году в г. Чернигове в обедневшей дворянской семье. Была незаконнорождённой дочерью дворянки Глафиры Мокиевской-Зубок, и некоего Наума Быховского, известного публициста-народника, некоторое время — члена ЦК Партии эсеров, и к тому же махрового еврея.
В 1905 г. определена в частную женскую гимназию в Чернигове. В 1911 г. исключена за хулиганскую выходку (!!) во время присутствия учащихся гимназии на Соборной площади при встрече Николая II. Пуськам в пример! Восстановлена в учебе просьбами матери, поскольку являлась одной из лучших учениц.
В 1912 году поступила в Психоневрологический институт Петербурга, где уже тогда проявилась её откровенная нелюбовь к царю-батюшке. Вскоре она заинтересовалась революционной работой и вступила в партию Эсеров-максималистов. Впрочем, судя по дальнейшим поступкам, большого значения идеологическим дрязгам — в чем там эсеры не согласны с эсдеками — она не придавала. Ее с самого начала больше увлекало живое дело, под каким бы то ни было флагом.

«В октябрьские дни 1917 года она отправляется в штаб революции — Смольный, где организуется оборона только что родившейся Советской республики. Мокиевская вступает в отряд Красной гвардии и снова учится — теперь уже военному делу. В трудные дни декабря 1917 года народный комиссар по военным делам Николай Ильич Подвойский вручает Мокиевской мандат как комиссару по продовольствию, направлявшемуся в Екатеринослав (Днепропетровск, ныне Днепр). Работа очень важная и ответственная.
В январе 1918 года рабочие Брянского завода начали строить бронепоезд. Энергичная и решительная девушка, комиссар по продовольствию Мокиевская стала одним из организаторов этой работы. И когда бронепоезд ’3-й Брянский’ был готов, Людмилу назначили его командиром».
И.Е.Гутман

Бронепоезд

Встает, правда, вопрос — а почему же комиссар по продовольствию бросила свою ответственную «хлебную» должность и занялась совсем другим делом? В менее парадных документах (О. Коппэ) признают, что работая на хлебозаготовках, Мокиевская фактически «развалила старый продовольственный аппарат, не поняла местных условий, сразу круто взяла, отпугнула опытных работников, иными словами дело угробила…» Вот и пришлось переквалифицироваться.
И насчет «командира» Гутман погорячилась. Не всё сразу. Вначале был «Брянский боевой отряд бронированного поезда Российской Советской республики». Он имел 300 человек и состоял из бронепоезда и десантного отряда. Командиром отряда избран Н. Гессе. Мокиевская являлась комиссаром всего отряда, т.е. и БП и пехотной составляющей. Командиром собственно бронепоезда являлся Осовец. Но «комиссарша» порой откровенно «затирала» Осовца, неудивительно что посторонние принимали за главного именно её.
В конце декабря отряд был направлен на Дон для борьбы с атаманом Калединым. Первый бой приняли под Матвеевым Курганом. В последующих столкновениях Мокиевская проявила себя инициативным и достаточно хладнокровным организатором. Как известно, серьезных сил против красных Каледин собрать так и не смог, в результате он сложил с себя атаманские полномочия и застрелился.
Только после этого, с триумфом вернувшись в Екатеринослав (где достраивался эвакуированный из Брянска бронепоезд номер 3), Мокиевская была избрана его командиром. Новый бронепоезд был немедля отправлен в помощь Донецко-Криворожской Респубике против германских частей.

Харьков

Следующей боевой операцией стало прикрытие отхода красных частей, окруженных немцами в районе Харькова в апреле-мае 1918 года:
«Во время эвакуации ст. Ромодан штабной поезд двинулся по направлению Миргорода под прикрытием бронепоезда доблестной т. Мокиевской, до последнего момента задерживавшей натиск германцев. Наши части, успешно сражавшиеся на харьковском направлении, оказались отрезанными от основных сил Красной Армии. Тогда бронепоезд Мокиевской прорвался к Харькову и вывел из окружения штаб и оборонявшие город советские войска.
Людмила отличалась хладнокровием в боях, самоотверженностью и героизмом. Она была прекрасным примером для всей команды бронепоезда. Она умела находить верные пути к сердцам бойцов. Ее выступления перед ними всегда отличались революционной страстностью и убежденностью. Слова Людмилы Мокиевской были искренни, правдивы, и потому бойцы так были преданы ей, революционному делу, за которое они боролись, и потому так высока была дисциплина на бронепоезде…».
Антонов-Овсеенко

Ярославль

Не успели перевести дыхание — новая напасть: ярославское восстание! В начале июля 1918 года бывшие офицеры и прочие примкнувшие к ним деятели захватили склад с оружием. Вся городская милиция (во главе с бывшим прапорщиком Фалалеевым) перешла на их сторону. Так же поступил и бронепулеметный дивизион поручика Супонина (2 пушечных бронеавтомобиля «Гарфорд», 5 пулеметов). Ай да кадры были у большевиков! Оказавший сопротивление Особый Коммунистический отряд был в итоге разоружен и арестован, так же как и местная ЧК. Комиссар Ярославского военного округа Д.С. Закгейм и председатель исполкома городского совета С.М. Нахимсон были убиты на месте. Большая часть города перешла под контроль восставших…
Утверждают, что по неопытности обе стороны наделали рекордное количество ошибок. Даже если так, то большевики, не связанные пока на других фронтах, имели время и возможности подтянуть превосходящие силы и в финале сделать всё по-своему. А вот у восставших каждая ошибка становилась фатальной
Самая мощная сила в городе — 1-й Советский полк — был расквартирован на окраине и в день восстания заявил о своем нейтралитете. Полк (600 штыков, примерно столько же было в первый день и восставших) даже не разоружили, а оставили как есть. Через несколько дней, когда паника уляжется, этот полк еще скажет своё слово…
«Оборона есть смерть вооруженного восстания.» Чеканный постулат Ленина так же относится и к выступлениям «контры». Сразу решив, что сил для наступления у них недостаточно, руководство решило сидеть и ждать подмоги из Рыбинска. Не дождались…
В состав Северной Добровольческой Армии записалось до 6 тыс человек (в том числе не менее 500 офицеров). По меркам Гражданской — солидно, Родзянко на Питер наступал вдвое меньшими силами ! Но силы оказались «дутыми», после первых же выстрелов в рядах восставших осталось где-то тысячи полторы, остальные потихоньку разбежались.
Но и оставшихся нечем было вооружать! Вот бы где пригодились винтовки Первого полка! Но увы… Уж красные бы что-нибудь придумали, от поиска оружия по квартирам до реквизиции оружейных магазинов, еще оставшихся с царских времен.
Вопреки ожиданиям, окрестные села восставших не поддержали. Видимо для крестьян большевики пока не были столь страшными. А «агитировать» селян было некому и нечем — как известно, лучшая агитация — военные успехи, а их-то у бунтовщиков и не было…
Пока повстанцы ждали помощи, восстанавливали (в духе «Меча и Орала») старые органы власти, и принимали резолюции, красные потихоньку стягивали силы. Пехота и артиллерия идут медленно, поэтому логично, что первыми к Ярославлю прибыли бронепоезда, которые со стороны станции Всполье (ныне Ярославль-Главный) открыли огонь по белым. Через несколько дней на усиление красных прибыл авиаотряд, приступивший к бомбежке Ярославля.
Сложилась патовая ситуация: у красных пока почти не было пехоты, и город штурмовать они не могли. Зато имелась авиация, тяжелая артиллерия и несколько бронепоездов, которые беспрепятственно бомбардировали позиции белых. В результате в некоторых кварталах сгорело до 80% строений. Восставшие отвечать не могли: у них имелось лишь 2 пушки и 15 пулеметов. А ведь на той самой станции Всполье находился артиллерийский склад еще царских времен, и не взяли его восставшие в первый день исключительно по своей глупости…

Срочно шлите 10 000 снарядов, половина шрапнель, половина гранат, а также пятьсот зажигательных и пятьсот химических снарядов. Предполагаю что придётся срыть город до основания.
Ю. Гузарский

Видя безнадежность ситуации, руководитель восстания полковник Перхуров бежал на пароходе с 50 офицерами. Соответственно, оставшиеся в городе бунтовщики еще больше пали духом. Через несколько дней, 21 июля, они сдались — но не большевикам, а немецкой военной миссии, которую сами же вначале арестовали и посадили в подвал. Как символ отрицаемого ими похабного Брестского мира. Впрочем, посредничество немцев никак не помогло — большевики все равно арестовали и расстреляли кого посчитали нужным…
Одним из шести бронепоездов, столь эффективно расправившихся с бунтовщиками, был «Третий Брянский» во главе с Людмилой Мокиевской. Подробности этих действий мы вряд ли найдем. Белым они просто неизвестны, а у красных есть дела поважнее, чем смаковать процесс вынужденного уничтожения древнего русского города. Никакой радости такие победы не дают. Но на войне как на войне…
Кстати, некоторые авторы опровергают сам факт участия Мокиевской в подавлении восстания. Бронепоезд был, а ее как эсерку отстранили от командования, ибо среди бунтовщиков тоже были эсеры. Как бы то ни было, Антонов-Овсеенко утверждает, что она исполняла обязанности командира аж с 25 февраля. В то время как резолюция Склянского комиссару Центроброни «Назначить т. Мокиевского (sic!) командиром бронепоезда» датирована 10 августа, то есть постфактум. Но назначают обычно за заслуги, а не за торчание в тылу. Так что скорее всего — командовала, не имея даже официальных полномочий.

Царицын

Едва закончив с Ярославлем, бронепоезд Мокиевской мчится на юг, в Царицын. Там в августе свежесозданная 10-я армия отбивает первый штурм казачьего войска генерала Краснова. По численности обе армии равнозначны — где-то по 40 тысяч. Но у белых большинство — это казаки, прошедшие Первую Мировую, отлично обученные и «идейно стойкие». У красных же откровенный сброд: беженцы с Донбасса и местные мобилизованные крестьяне, осколки старых царских полков и отдельные коммунистические отряды разной принадлежности, обученности и численности. Казалось бы, шансов у красных нет: их пехота однозначно проиграет коннице Краснова. Но помимо них на чашу весов ложатся новые силы: артиллерия и бронепоезда.
В этом перевес вроде бы однозначно за красными. У них центр страны, у них Питер и Москва, у них основные склады еще царских запасов и самые мощные заводы. А у казаков — землица, да донская водица… Тем не менее у белых числилось 150 орудий и 600 пулеметов. У красных, по штукам, было не больше. Но часть орудий составляли тяжелые 6-дюймовые гаубицы, в 8-10 раз более эффективные против пехоты чем «трехдюймовка». Опять же, часть пушек и пулеметов стояла на бронепоездах, что позволяло эффективно маневрировать ими. Пушки 10-й армии возглавлял будущий маршал Кулик, бронепоезда — Федор Алябьев. 15 бронепоездов его группы непрерывно курсировали по окружной железной дороге вокруг Царицына, отбивая многочисленные налеты казачьей конницы. Красная пехота, до того особой стойкости не проявлявшая, под прикрытием огня бронепоездов приходила в порядок и успешно держала фронт вдоль окружной дороги.
Справедливости ради надо отметить, что и здесь роль самой Л. Мокиевской оспаривается. Во всяком случае, в рапорте за 24 октября (конец 2-го штурма) командиром «Брянского» значится тот самый Осовец. Возможно, командование так и не восприняло «бабу-командира», не смотря на резолюцию Склянского (а он иногда и за Ленина подписывался!). Возможно, Осовец временно замещал Мокиевскую — в бою и ранения бывают…
А может, как и у белых, экипаж бронепоезда организовал две смены и ходил в бой попеременно. При полном отсутствии вентиляции это весьма здравая мысль. В этом случае наличие двух сменных командиров не должно удивлять. А уж кто из них был выше в бумажной иерархии — дело не самое главное. Во всяком случае, Мокиевская там реально была — по воспоминаниям пулеметчика В.А. Васильева, ее бронепоезд в начале августа 1918 г. в районе Бекетовки совместно с пехотными частями блокировал прорыв противником фронта и его попытку с ходу ворваться в Царицын. Команде «Брянского» объявлена благодарность Ворошилова.
Ещё деталь. Согласно официальным советским источникам, Мокиевская вступила РСДРП(б) в 1917 году. Но данная информация также ошибочна: в действительности Людмила Мокиевская, несмотря на явную поддержку большевиков, состояла в партии Эсеров-максималистов по крайней мере до конца 1918 года.
Анкета, заполненная собственноручно Мокиевской, где значится принадлежность к союзу эсэров-максималистов, утверждена 18.11.18 г.
Из высказываний членов команды бронепоезда «3-й Брянский»:
«Кто мы были? Простые заводские парни с Кайдак. Вы знаете, что это такое? То-то и оно! Мы на мордобой как на праздник ходили, к нам не подступись. Чуть деньги появятся — нам весь Екатеринослав по колено. Что и говорить, мы были не ангелы. От наших выражений, бывало, стекла дрожали. Она с нас мусор смела, не только командовала, но и лекции читала, культуру привила».
«Вы посмотрите на меня: в плечах до сих пор косая сажень, рост — метр восемьдесят: а она маленькая, стройненькая, интеллигентная, кажется, дунь неосторожно — с ног сшибешь. Ан нет! Крепкий орешек! Перемолола нас».
«Первое время мы еще пробовали прикладываться к самогонке, но скоро пришлось забыть как она и пахнет».
«Умела порядок навести. Мы уважали ее, гордились своим командиром, даже побаивались. Но чтобы кричать на нас, рядовых, как делали некоторые, — этого она не знала; раз пять было, помнится, но в бою: такое не в счет».

Бронепоезд «Власть советам !»

Как бы то ни было, ее бронепоезд «Брянский» сыграл немалую роль в отражении первого и второго штурма. Практически сразу же после окончания оборонительных боев БП был направлен на ремонт в Нижний Новгород. Там оказалось, что проще изготовить новые вагоны, чем пытаться восстановить вконец раздолбанные старые. Экипаж просто получил новый бронепоезд — почему-то опять номер 3, «Власть советам !». Приказом Всероссийского Бюро военных комиссаров за No 278 от 22.11.18 г. Мокиевская назначается комиссаром бронепоезда и совмещает теперь две должности. Отныне никаких разночтений быть не может. Единоначальник. И судя по всему, для этого ей пришлось вступить в РКП(б), не смотря на некоторые идейные разногласия. Что делать, «Paris vaut bien une messe!»
В феврале поезд прибыл в состав 13-й армии в Донбассе и включился в тяжелые бои за Дебальцево. Стычки происходили практически ежедневно. 9 марта 1919 года бронепоезд попал в засаду. Хорошо замаскированная батарея повредила паровоз и попала прямо по командирской рубке. Погибла и командир, и вся паровозная команда. Бронепоезд «Черноморец» смог вытащить в тыл лишь заднюю бронеплощадку. И только через два дня, продвинувшись вперед, пехота красных вышла к месту трагедии. Тело Мокиевской было найдено и торжественно похоронено в Купянске. Ей было двадцать три года…

Вскоре Купянск был вновь занят белыми. Могилу разорили, тела выбросили в овраг. Осенью, когда город окончательно остался за красными, покойников разыскали и похоронили еще раз. «И нет нам покоя…»
«Женственность и отвага, застенчивость и твердость, острый ум и революционный порыв — как светел и чист твой образ, дорогой, незабываемый товарищ! Радостно жить и бороться в жизни, рождающей таких борцов».
Антонов-Овсеенко

«Тов. Мокиевской нет — она погибла смертью храбрых на посту, защищая Советскую власть рабочих и крестьян. Вечная слава тебе, наш дорогой товарищ. Коммунары отомстят за тебя. Освобожденный мир не забудет».
Газета «Красный Воин»

Память

Не смотря на громкие слова, забыли очень быстро. Уже к концу Гражданской половина ее соратников оказалась… хм… вне зоны доступа. Дальше — не лучше. Антонов-Овсеенко, как бывший меньшевик, был расстрелян в 1938. Командарм-13 Иннокентий Кожевников угодил на Соловки, сбежал оттуда, был признан психически больным, отбивался топором от санитаров — и в общем тоже плохо кончил. Да и сама Людмила, как бывшая и нераскаявшаяся эсерка, да еще и дворянских кровей, вряд ли могла рассчитывать на спокойную старость. Нет, уж лучше вот так — от снаряда…
Когда в 1957 году на волне «оттепели» вспомнили про героиню, оказалось что никто в Купянске не знает, где она похоронена. Столько лет прошло, да еще война… Поднимали старые архивы, изучали снимки — но могилу так и не нашли, открыли памятный барельеф на месте первоначального захоронения. Всё лучше, чем ничего.
В 1982 году вышел фильм «Людмила». От оригинальной истории осталось не так-то много: женщина командует бронепоездом. Что же до лихих рейдов по тылам и поединков с белыми полковниками, так это всё-таки художественный фильм, даже фамилия героини изменена. Но в общем, это лучше из того что мы имеем.
Видимо целесообразно отметить существование персоны весьма близкой по внешним данным к Людмиле Мокиевской — это Жанна Агузарова, великолепная исполнительница песенных композиций в манере, которую сложно охарактеризовать одним словом. Если не принимать в расчет эпатажный сценический образ Агузаровой, а сконцентрировать внимание на ее внешнем сходстве (особенно в расцвете молодости) и Мокиевской, по неволе уверуешь в переселение душ.
С. Ромадин (Краматорск)

Женщины на бронепоездах в Великую Отечественную Войну.

В Великую Отечественную применение бронепоездов носило более организованный, если можно так сказать, вид. Так что такого действительно редкого явления, как женщина — командир бронепоезда, на сей раз не повторилось. Но это не значит что женщин на «стальных крепостях» не было вообще. Их было, хоть и немного, причем начиная от рядовых должностей и кончая весьма ответственными постами.

Зампотех дивизиона бронепоездов Ольга Борисовна Власенко.

Инженер-капитан Ольга Борисовна Власенко служила помощником командира 48-го Отдельного Дивизиона Бронепоездов по технической части. До войны она работала начальником цеха на металлургическом заводе имени В. И. Ленина в Мариуполе, и была награждена орденом Ленина. Перед войной стала директором завода. Богатый опыт организационно-технической работы помог ей на новой должности — зампотеха дивизона — при строительстве бронепоезда «Смерть немецким оккупантам!» в депо имени Ильича в Москве.

Помнится, выдающийся танкист М.Е. Катуков, когда получал назначение на ступеньку выше (с бригады на корпус, с корпуса на армию…) всегда брал с собой одного из подчиненных. И это был не лучший танковый ас, не командир лучшего батальона или полка, даже не начальник штаба… Это был скромный зампотех Дынер, благодаря усилиям которого танки у Катукова «жили» гораздо дольше, чем в других бригадах или корпусах.
Не менее важна была роль зампотеха и при создании нового бронепоезда. Приходилось использовать непрофильное производство для скорейшей постройки бронеплощадок, решать множество нестандартных проблем. Во многом благодаря энергии О. Б. Власенко бронепоезд No 681 был готов к 22 февраля 1942 года. Он состоял из двух орудийных площадок и бронепаровоза типа НКПС-42. На каждой из площадок стояли два корпуса танков Т-34 с башнями, обваренные дополнительными листами брони. Паровоз серии Ов бронировался по типовому проекту. Бронепоезду дополнительно придавалась стандартная зенитная платформа завода «Стальмост».
Весной бронепоезд вступил в строй. С мая 1942 г. 48-й дивизион — в составе 59-й армии Волховского фронта. 8.05.42 г. бронепоезда вступили в боевое охранение моста через р.Мста у ст.Малая Вишера (Волховский фронт). Полтора года этот участок фронта оставался неподвижным. Но это не значит что он был тихим. В районе немецких плацдармов у Кириши и Грузино постоянно шли «бои местного значения», и бронепоезда активно в них участвовали. В январе 1944 в рамках операции «Январский Гром» 48-й дивизион поддерживал огнем решительное наступление наших частей. В результате блокада Ленинграда была окончательно снята.
К тому моменту Ольга Власенко стала майором и ушла на повышение — зампотехом в отдельный танковый полк. С ним к концу войны дошла до Берлина. После закончила Бронетанковую академию, вышла в отставку инженер-полковником. Написала несколько книг…

Женщины в экипаже бронепоезда «За Сталина !»

В начале Великой Отечественной работниками Коломенского завода был построен бронепоезд «За Сталина!», без преувеличения уникальный.
Он единственный имел бронепаровоз специальной постройки — не стандартный Ов, а еще более компактный «9Т», специально перестроенный с учетом специфики работы бронепоезда. Перестройкой руководил знаменитый инженер-паровозостроитель Лебедянский
Артиллерийское вооружение располагалось в башнях от новейших танков Т-34
Башни устанавливались на корпус особой формы. Если раньше броневагон представлял собой прямоугольный каземат высотой свыше 2 метров, то в данном бронепоезде он был низкопрофильным, а броня располагалась наклонно. Это позволило усилить броню с обычных для бронепоездов 15-20 мм до 45 — опять, же как на Т-34.
В состав бронепоезда всходили также две зенитные бронеплощадки, тогда как обычно ограничивались одной счетверенной установкой пулеметов «Максим».
Забегая вперед, скажем, что если перестройка паровозов более не применялась (не стоила овчинка выделки), то конструкция бронеплощадок была заимствована для бронепоездов «Илья Муромец», «Козьма Минин», «Правда» и «Красная Звезда». А использование башен от Т-34 стало массовым.
В команду бронепоезда отбирали лучших из лучших. Из 164 человек — 142 были добровольцами с завода. Среди них — Лиза, Елизавета Ивановна Кубышкина, бригадир-мастер крановщиков чугунолитейного цеха, в 1939 году первой из женщин завода награжденная за трудовые заслуги орденом Ленина. «В ее бригаде, — вспоминал Н.Н. Смеляков — насчитывалось около 160 молодых женщин, крановщиц и водителей электрокаров. У Лизы был талант руководителя и боевой характер. Она управлялась со всеми вопросами, не просила у администрации помощи, пользовалась всеобщим доверием. Сама могла работать на любом кране цеха. А их было 40…».
Кроме нее, в состав экипажа вошли санитарка Клава Макарова и радистка Серафима Петрухина.
Судьба бронепоезда сложилась трагически. 10 октября 1941 года на 174-м км Западной железной дороги между станциями Колесники и Гжатск он в первом же бою был потерян. Машину даже не успели зарегистрировать как боевую единицу и приписать к какой-либо из частей действующей армии — то есть бронепоезда по документам просто не было. В списках не значился…
Бронепоезд имел задачу вести огонь по скоплениям танков в районе Гжатска. Поезд двигался к Гжатску со стороны Можайска и за станцией Колесники успешно обстрелял немецкие танки слева по ходу своего движения (т.е. к югу от железной дороги). Сам же поезд был обстрелян самоходным штурмовым орудием из состава артиллерийского полка моторизованной дивизии СС ‘Рейх’, после чего начал медленно отходить, ведя при этом сильный огонь.
Другие немецкие орудия (восточнее Ивашково) открыли огонь по бронепоезду с дистанции около 1,5 км, а одна батарея (вероятно, с южной стороны железной дороги) — с дистанции около 400 м.
Паровоз получил повреждения; бронепоезд остановился, однако продолжал вести сильный огонь. К 12 часам дня бронепоезд выбыл из строя. Большая часть экипажа погибла, в том числе и все три девушки.
Снимки, сделанные после боя, дают основание полагать, что в одной из бронеплощадок сдетонировал боезапас или же она была подорвана экипажем (площадка разрушена практически полностью). Каковы были в этом бою немецкие потери — не установлено.

На бронепоезде «Клим Ворошилов»

Железнодорожники Белорусской были уверены, что первой девушкой в крепости на колёсах стала воспитанница депо Гомель Полина Маргацкая. А было это так.
На небольшой станции вблизи Гомеля скопились отходящие в глубь страны эшелоны. Прикрывал отход наших частей и эвакуацию грузов бронепоезд ‘Клим Ворошилов’. И вдруг он замер. К бронепаровозу бросилась Полина Маргацкая. Она увидела, что машинист убит, смертельно ранен командир. Нет связи с бронеплощадками. Полина встала за реверс и, наблюдая за полем боя, начала маневрировать самостоятельно. Уцелевшие боевые расчёты открыли огонь по врагу. Вот уже горят подбитые танки, залегла пехота. Ожила станция, и двинулись на восток составы с грузами. За последним эшелоном отошёл бронепоезд.
После этих событий Полина Маргацкая так и осталась машинистом-воином. Она водила свой бронепоезд в бой под Москвой, Ростовом-на-Дону, участвовала в обороне Сталинграда. Когда наступил перелом в войне, бронепоезд ‘Клим Ворошилов’ вместе с передовыми частями двигался на запад, громил отступающего врага. И не раз в огненные налёты вела его Полина Маргацкая. Ордена Отечественной войны II степени и Красной Звезды были наградой за её ратный труд.


«Клим Ворошилов» — тяжелый бронепоезд постройки 1933 г. Вооружение — 2х107-мм пушки и 12 пулеметов, в т ч 2 зенитных на бронепаровозе.

*         *         *

Встречаются упоминания и про других девушек в составе экипажей бронепоездов. Так, входе обороны Киева были построены два бронепоезда — «Литер А’ и ‘Литер Б’. В команду второго вошли две девушки с Юго-Западной дороги — Таня Диденко и Оля Гаркавец.

Женщины в колоннах особого резерва НКПС

На бронепоезде конечно тяжело. Но у него хоть броня есть. А если те же снаряды сыплются, те же самолеты бомбы бросают, а ты небронированный ?! Такая работа, наверное, была ничуть не легче того, что описано выше….
По решению Государственного Комитета Обороны НКПС организовал на прифронтовых и тыловых дорогах 35 колонн паровозов особого резерва НКПС (ОРКП) с общим количеством 750 паровозов.

Каждую колонну возглавляли начальник и комиссар. Колонна состояла из рот (по пять паровозов в каждой). Команда, обслуживавшая паровоз, составляла взвод, который возглавлял старший машинист. Весь личный состав колонн перевели на военное положение. Бойцам и командирам присвоили воинские звания, выдали оружие, военную форму. При обслуживании прифронтовых дорог колонны автоматически поступали в подчинение командования фронтов и армий.
Колонна особого резерва обычно состояла из 30 паровозов. Каждый паровоз закреплялся за определённой комплексной командой, состоящей из двух локомотивных и двух кондукторских бригад, двух поездных вагонных мастеров и одного проводника. К паровозу прицепляли турный вагон, который был своеобразным общежитием на колёсах. Во время Сталинградской битвы в колонне паровозов особого резерва НКПС No 4 работала бригада Елены Мироновны Чухнюк. За реверс паровоза Е.М. Чухнюк встала в депо Гомель. Она водила тяжеловесные поезда, ухаживала за своим паровозом по-лунински, в каждом рейсе экономила топливо. Елена получила назначение: возглавить комплексную бригаду паровоза Эм 723-88 в составе колонны особого резерва. Старший машинист в 23 года! Надо было подготовить к трудным испытаниям локомотив. Бригада сделала это в числе первых. И вот колонна No 4 на Сталинградском направлении. Здесь Е. Чухнюк впервые узнала по-настоящему, что такое война. В каждый рейс отправлялась словно в атаку. Под бомбами, снарядами подвозила к линии фронта эшелоны и поезда с боеприпасами.
Зимней ночью 1942 года вела состав с военной техникой. До станции Петров Вал доехали благополучно. Только остановились — массированный налёт. Сначала послышался гул моторов, затем в небе вспыхнули десятки осветительных ракет на парашютах. На земле хоть иголки собирай, а над ракетами — чернота ночи. Со свистом падают бомбы. Летят в стороны остатки разбитых вагонов. Над некоторыми поездами уже поднимаются языки пламени. Нужно ‘растаскивать’ вагоны, спасать ценный груз. И люди делали всё необходимое. В их числе Елена Чухнюк. А потом резкий свист, удар, и, кажется, обрушилась куда-то земля. Это совсем рядом разорвалась бомба, сильно тряхнуло паровоз, её оглушило взрывной волной и ранило в ногу. Пришла в себя, когда самолёты улетели. Осколок в ноге. Тяжело ранены старший кондуктор Слуцкий, проводник Иванова. Разворочен бак тендера, повреждены трубопроводы, арматура, но ходовые части паровоза целы. Машину можно доставить в депо и быстро восстановить. Потом на своём отремонтированном паровозе успешно водила поезда на Курской дуге.
Если женщины-машинисты — все-таки достаточно редкое явление, то кондукторами на тормозных площадках отправлялись как правило 17-18-летние девчонки. В комплексной паровозной бригаде это считалось самой легкой работой. Но это с чем сравнивать… Стоять по многу часов на открытой тормозной площадке, в любую погоду. И не просто стоять, а вовремя отрабатывать сигналы машиниста. Отрабатывать с помощью механического тормоза системы «Крути, Гаврила», работу с которым и мужики-то легкой не назовут… И так каждый день без выходных, хорошо если поспать в теплушке после смены удастся. А на остановках всех привлекают к обслуживанию техники. В общем та ещё работёнка…

*         *         *

Вот этими оптимистичными словами позвольте мне завершить рассказ о женщинах на поездах — броневых и не только.

http://samlib.ru/

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0.0/5 (0 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0 (from 0 votes)
Сохранить в:

  • Twitter
  • email
  • Facebook
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • News2
  • RSS

Добавить комментарий

Gruppa-Z © 2014