ГРУППА - ЗЕТА > Афоризм дня > Январь, 1918 год

ФРАЗА ДНЯ:

Золотой телец давно уже превратился в дойную корову.
Просмотров: 123

Январь, 1918 год

Совет народных комиссаров:

Bвиду задолженности акционерного общества Путиловских заводов казне Российской Республики Совет Народных Комиссаров постановляет: принять Путиловские заводы со всем имуществом акционерного общества Путиловских заводов, в чем бы оно ни состояло, в собственность Российской Республики.
Организация управления заводами и делами означенного акционерного общества возлагается на Народного комиссара торговли и промышленности.

*         *         *

Бывший иператор Николай II:
Хороший тёплый серый день, 4° мороза. Утром и днём работали над уборкой снега со двора и над увеличением горки. После чая репетировали пьесу. У Аликс вечером заболела голова.

Такой же тихий морозный день — 13°. Все долго спали. Утром зашёл с детьми в караульное помещение — был 1-й взвод 1-го полка; послали вчера ёлку, сладкий пирог и игру в шашки. На днях приехала Иза Буксгевден, но не допущена к нам.

*         *         *

Фёдор Шаляпин, русский певец
Купил я у знакомой балерины 15 бутылок вина и с приятелем его попробовали. Вино оказалось качеством ниже среднего. Лег спать. И вот в самый крепкий сон, часа в два ночи, мой испуганный Николай, именовавшийся еще поваром, хотя варить уже нечего было, в подштанниках на босую ногу вбегает в спальную:
— Опять пришли!
Молодые солдаты с ружьями и штыками, а с ними двое штатских. Штатские мне рапортуют, что по ордеру революционного районного комитета они обязаны произвести у меня обыск.
Я говорю:
— Недавно у меня были, обыскивали.
— Это другая организация, не наша.
— Ну, валяйте, обыскивайте. Что делать?
Опять подымают ковры, трясут портьеры, ощупывают подушки, заглядывают в печку. Конечно, никакой «литературы» у меня не было, ни капиталистической, ни революционной. Вот, эти 13 бутылок вина.
— Забрать вино, — скомандовал старик.
И как ни уговаривал я милых гостей вина не забирать, а лучше тут же его со мною отведать, — добродетельные граждане против искушения устояли. Забрали. В игральном столе нашли карты. Не скрою, занимаюсь этим буржуазным делом. Преферансом или бриджем. Забрали. А в ночном столике моем нашли револьвер.
— Позвольте, товарищи! У меня есть разрешение на ношение этого револьвера. Вот смотрите: бумага с печатью.
— Бумага, гражданин, из другого района. Для нас она не обязательна.
Забавна была процедура составления протокола об обыске. Составлял его молодой парень, начальник из простых.
— Гриша, записал карты?
— Записал, — угрюмо отвечает Гриша.
— Правильно записал бутылки?
— Правильно. 13.
— Таперича, значить, пиши: Револьвер системы… системы… какой это, бишь, системы? Солдат все ближе к огню, старается прочитать систему, но буквы иностранные — не разумеет.
— Какой системы, гражданин ваш револьверт?
— Веблей Скотт, — отвечаю.
— Пиши, Гриша, системы библейской.
Карты, вино, библейскую систему — все записали, забрали и унесли.

*          *         *

Надежда Крупская
На рождество мы с Ильичем и Марией Ильиничной поехали в Финляндию. Тов. Косюра устроила нас в какой-то финский дом отдыха. Финская специфическая белая какая-то чистота, занавески на окнах напоминали Ильичу его гельсингфорсское конспиративное житье в Финляндии в период 1907 и в 1917 гг. перед Октябрем, когда он писал там книгу «Государство и революция». Отдых как-то не выходил, Ильич даже говорил иногда вполголоса, как в прежние времена, когда приходилось скрываться, и хоть гуляли мы каждый день, но без настоящего аппетита; думал Ильич о делах и все больше писал.
Его занимали тогда больше всего думы о том, как наилучшим образом организовать повседневную экономическую жизнь, как получше устроить рабочих, вытащить их из трудных условий, в которых они тогда жили; как организовать потребительские коммуны, снабжение ребят молоком, как переселить рабочих в лучшие квартиры и как в этих целях организовать повседневный учет и контроль, как все это дело организовать так, чтобы вовлечь в работу самые массы, развить их самодеятельность, пробудить их инициативу в этом направлении. Ильич думал, как на это дело выдвинуть наиболее талантливых организаторов из рабочей среды, и писал он о соревновании, о его организующей роли.

*         *        *

Михаил Булгаков
В начале декабря я ездил в Москву по своим делам, и с чем приехал, с тем и уехал. И вновь тяну лямку в Вязьме, вновь работаю в ненавистной мне атмосфере среди ненавистных людей. Мое окружение настолько мне противно, что я живу в полном одиночестве. Зато у меня есть широкое поле для размышлений. И я размышляю. Единственным моим утешением является для меня работа и чтение по вечерам. Я с умилением читаю старых авторов (что попадется, т.к. книг здесь мало) и упиваюсь картинами старого времени. Ах, отчего я опоздал родиться! Отчего я не родился сто лет назад. Но, конечно, это исправить невозможно!
Мучительно тянет меня вон отсюда в Москву или в Киев, туда, где хоть и замирая, но все же еще идет жизнь. В особенности мне хотелось бы быть в Киеве! Через два часа придет Новый год. Что принесет мне он? Я спал сейчас, и мне приснился Киев, знакомые и милые лица, приснилось, что играют на пианино…
Придет ли старое время?

*         *        *

Из газеты «Трудовая копейка»

Как торгуют на фронте
Минск. В районе Крево производится торговля между немцами и нашими солдатами. Немцы продают часы, бритвы, папиросы, сигары и спрашивают на обмен мыла, реже сахару. Солдаты платят немцам старыми кредитками; новых денежных знаков и марок в уплату немцы не берут. Немцы промышляют еще фотографированием, взимая с карточки по 50 копеек.
Там же практикуется обмен корреспонденцией для пленных и жителей занятого района. Немецкие окопы сделаны прочно и с большими удобствами — с электрическим освещением и водопроводом. Немцы говорят:
— Хорошо тебе, русс, ты кончил воевать, а нас на Французский фронт посылают…
На Северном и Западном фронтах усиленное братание и меновая торговля. Немцы особенно охотно берут хлеб, масло, мыло и различные мази, и объясняют это недостатком жиров.

*         *         *

Александр Керенский
Революция, война и восстановление государства сплелись в один узел, который нельзя было разрубить, а надо было распутать. Ни одно правительство во время войны не несло такого тройного груза и такой тройной ответственности. Мы отлично видели всю логическую несовместимость войны и революции. До краха монархии мы делали все, чтобы избежать революции во время войны. Теперь мы стояли перед фактом: революция случилась во время войны. Оставалось — или дезертировать, спрятаться в угол, или, рискуя всем, спасать то, что еще можно было спасти.
Пойти на такую работу без энтузиазма, без веры в творческие силы России, в разум народа было невозможно. И мы, почти все из нас, в это верили. Первые два месяца во Временном правительстве — одно из самых светлых воспоминаний в моей жизни. Ибо я видел своими глазами, с каким самоотречением от своего вчерашнего дня, от всех своих «классовых интересов» и политических программ могут работать люди, для которых спасение родины стоит выше всего. Потом подъем прошел. Отцвели цветы и догорели огни революции. Некоторые из нас стали стыдиться своего былого энтузиазма; отказываться от своего собственного прошлого. Но это прошлое было. Оно навсегда записано на страницах русской истории.

*         *         *

Рюрик Ивнев, поэт, переводчик
Замечательно: был царь, самодержец (мужеский род, мужеское начало), долго был крепок (пока не «подгнил»), была — сила. Потом было — Временное правительство (средний род), качалось, колебалось, и ведь было детски-романтическое, хотело управлять красной гвоздикой в туберкулезной (на перевязи) руке Керенского (вместо тяжелой рукавицы императора Петра) и быстро пало. Временное правительство не могло долго существовать, оно было «временным», слабеньким («колеблемая ветром трость»). И вот появилось — большевистское правительство — Смольный (короткое, хлесткое — такова уж случайность — и, главное, снова мужеский род, мужеское начало). И снова палка (насилие).
От царя (муж) к Смольному (Смольный — муж) через «серединку», через «средний род», через «болотце» (благородное, хорошее, романтическое), но… все же «болотце», через «адвокатский социализм» (как хорошо сказал Петров-Водкин — «адвокатский социализм»).
Но Россия — Россия — она ведь как женщина, застрявшая в колесах «мчащегося к социализму» поезда.

*         *         *

В.И. Ленин
Выслушав доклад товарища Прошьяна, который в качестве делегата от крестьянского съезда имел беседу с Винниченко, Грушевским и Поршем и другими, как официальными представителями Рады, и приняв во внимание, что эти официальные представители Рады выразили принципиальную готовность начать переговоры о соглашении с Советом Народных Комиссаров на началах признания Советом Народных Комиссаров независимости народной Украинской республики и признания Радой контрреволюционности Каледина и его пособников.
Приняв далее во внимание, что Совет Народных Комиссаров всегда и безусловно признавал право всякой нации, в том числе и украинской, на независимое государственное существование; что всякая попытка устранить войну с Радой, если бы Рада признала контрреволюционность Каледина и не мешала войне против него, безусловно желательна. Выражая свое убеждение в том, что только Советы украинской крестьянской бедноты, рабочих и солдат могут создать на Украине власть, при которой столкновения между братскими народами будут невозможны, Совет Народных Комиссаров, считая в то же время целесообразным открыть деловые переговоры с Радой с целью устранения тех столкновений, которые вызваны были политикой Рады по отношению к общему фронту и контрреволюционному восстанию Каледина, постановляет:
Предложить Раде переговоры о соглашении на указанных началах и наметить как один из пунктов, где было бы, вероятно, всего удобнее вести переговоры, города Смоленск или Витебск.

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0.0/5 (0 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0 (from 0 votes)
Сохранить в:

  • Twitter
  • email
  • Facebook
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • News2
  • RSS

Добавить комментарий

Gruppa-Z © 2014